Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

О себе

Здравствуйте.

Кто я такой: академическое CV на английском.

Вы можете пригласить меня провести
   курс
      “Ценностно-смысловая ориентация” для подростков,
      “Конечные цели человеческой жизни” для студентов и вообще для взрослых,
      частных [индивидуальных или групповых] консультаций в этой области,
   игру “Мировоззрения”,
   религиеведческое исследование для гражданского или уголовного процесса либо для иных задач.

Связывайтесь любым удобным для вас способом, варианты в профиле.

Вы также можете подписаться на черновик моей книги "Поход Ивана-дурака за смыслом", он пишется прямо сейчас: https://www.litres.ru/uriy-vladimirovich-tihonravov/pohod-ivana-duraka-za-smyslom/

Мой профиль на StoryGo.

Пирамида Маслова в свете телеософии

Мотивационная иерархия, созданная Абрамом Самуиловичем Масловым, существует в нескольких версиях. Базовая состоит из пяти ярусов, расширенные обычно включают семь или восемь.


Первый ярус — так называемые физиологические мотивы. Физиологическими они названы вовсе не из-за своей природы, как многие думают, а из-за того, что все они непосредственно связаны с поддержанием индивидуальной жизни. Упоминаемая среди них, например, необходимость убежища не физиологична. Именно поэтому, кстати, секс, хотя многие относят его к физиологии, был вынесен из этого яруса критиками и позднейшими продолжателями Маслова и переставлен двумя ступенями выше. С точки зрения телеософии данный ярус можно назвать даосским.

Collapse )

Орден монахов-комплементариев (фантазия)

Устав монахов-комплементариев совмещает требования джайнского, буддийского, индусского, даосского и христианского монашества, а также правила анахоретов ряда других традиций, в том числе светских. Такое совмещение не представляет особой сложности, так как у монахов всех религий есть общие фундаментальные правила: 1) отсутствие собственности; 2) отсутствие сексуальной жизни; 3) повышенное сосредоточение на религиозных идеях, посвящение почти всего времени размышлениям о них, созерцанию и соответствующим обрядам. Важным моментом являются также пищевые ограничения. Самый строгие у джайнов, так что приняв их, монах-комплементарий закрывает и большую часть остальных. Ему остаётся лишь исключить слишком сильные вкусы по буддийскому уставу (и, например, бобы по пифагорейскому) да осуществлять некоторые незначительные вариации связанные с теми или иными постами. Отдельные своеобразные правила совместить ещё легче: ходить аккуратно, чтобы ни на кого не наступить, не спать на высоких кроватях, не есть после полудня и проч. Нравственные требования общего характера вообще по большей части совпадают. Что же касается обрядовых, то это вопрос распределения времени и отождествления некоторых образов и концепций (вот пример), а также посвящённых им действий. Отдельный вопрос - иконы. Он, правда, не специально монашеский, а общий. Некоторые учения отвергают образы, другие требуют их почитания. Выход - символические иконы. Это вроде не изображения, но вроде и изображения - условные. Такие используются даже в мечетях: арабески достаточно богатая почва для фиксации любых образов.


Гораздо интереснее то, как монахи-комплементарии соответствуют требованиям тех воззрений, которые критически относятся к монашеству и даже прямо запрещают некоторые его аспекты. Например, ислам и протестантизм требуют, чтоб люди вступали в брак, заводили детей и работали ради обеспечения своих семей. Понятно, что монахи-комплементарии живут в миру, практикуя внутреннее уединение. При этом они формально (юридически, но не религиозно; впрочем, для подобного может быть особый обряд) вступают в брак, но воздерживаются от сексуальных отношений с супругами и могут вообще с ними не жить под одной крышей. Это может быть “священный брак” между монахом и монахиней или благотворительный брак - например, с инвалидом, который нуждается в уходе, или со многодетной вдовой, чьё положение в обществе зависит от брачного состояния. Дети могут быть также приёмные. Монахи-комплементарии обязательно работают, то есть трудятся и получают вознаграждение за свой труд. Но не пользуются им, а все деньги отдают семье или на благотворительность, сами же, как положено, живут на подаяние. Подобная жизнь может быть и коллективной, то есть монастырской, на манер суфийских текке или некоторых индусских ашрамов, где мужчины и женщины, даже состоящие в браке, живут раздельно.

Этногенез (фантазия?)

Когда кровная месть была всеобщим законом, те, кто не желал в этом участвовать, не могли более оставаться в обществе. Либо их изгоняли, либо они сами бежали под угрозой смерти. Бежали также и те, кому должны были отомстить за злодеяния родственников, но за кого некому было заступиться. В течение какого-то времени все эти люди, бежавшие из самых разных племён и союзов, собрались в одном месте, завели семьи, породнились и образовали новый народ, отвергающий месть.

Когда несколько великих войн прокатились по населённой местности, они оставили за собой множество сирот в разных народах. Кого-то взяли в другие семьи, но многие так и остались совершенно беспризорными. В течение какого-то времени все сироты из разных народов собрались в одном месте, завели семьи, породнились и образовали новый народ, основанный на сиротском братстве и принимающий сирот из любого народа .

Когда во множестве разных народов распространилась вера, которая ужасала тех, кто её принимал, и ещё больше тех, кто её не принимал, последователей этой веры стали жестоко преследовать. В течение какого-то времени бежавшие от преследований собрались в одном месте, завели семьи, породнились и образовали новый народ, для которого свобода верить во что угодно стала даже важнее свободы жить.

Когда в местность, населённую многими народами, пришли сильные чужаки, вознамерившиеся постепенно подчинить их всех себе, в каждом из этих народов появилось множеством предателей, разными способами помогавших врагу. Народы стали их гнать, и в течение какого-то  времени предатели разных народов собрались в один народ, для которого предательство стало образом жизни.

Когда все народы состарились, так что стали противны самим себе, в каждом из них появились люди, которые хотели бы всё забыть. В течение какого-то времени все они собрались в одном месте, которое назвали страной забвения. И уже не было у них ни семей, ни обычаев, кроме презрения ко всякому, даже ближайшему прошлому.