Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

Старость и смысл

В нашей жизни есть одно древнее и тяжёлое противоречие, которое я бы назвал болью Цинь Шихуана. Когда ты такой могучий и у тебя есть всё, чего только можно пожелать, как смириться с тем, что ты умрёшь? Твоя смерть будет не прекращением страданий или насыщением днями, а расставанием со всевозможными сокровищами, которых ты добился такими усилиями и, быть может, злодеяниями. Эту боль острее всего переживают не на войне, а именно в старости. Война — это риск умереть. Старость — это нарастающее сознание неотвратимости смерти.

Теперь боль Цинь Шихуана стала чуть ли не массовой и обратилась в ведущее противоречие эпохи. Это противоречие между геронтократией и всеобщим культом юности. Власть в руках холодных стариков, но всеобщий идеал рисуется уже даже не в виде цветущих юноши и девушки, а в виде радостного подростка. То и дело восьмидесятилетние вынуждены скакать в бейсболках, выводя модные частушки заплетающимся языком.

покойный Джон Маккейн за четыре года до смерти

Именно с этим противоречием, как и во времена Цинь Шихуана, связано вливание огромных средств в поиски бессмертия, а также, в частности, в попытки уловить суть личности [философия сознания и когнитивные науки], чтобы потом пересадить её в какой-нибудь более долговечный сосуд.

А куда же делись религиозные ожидания? Что случилось с верой в загробную жизнь? Не должно ли подобное противоречие вернуть людей к религии? Или комфортная земная жизнь настолько укоренила в душах материализм, что обратного пути нет?

Ответ будет несколько сложнее, чем можно было ожидать. Дело в том, что всякая вера есть лишь взгляд сквозь призму определённых конечных целей. Глазами любви мы видим Бога, глазами контроля мы видим сопротивляющуюся нашей воле реальность материального мира и так далее. Но старость ставит под предельное сомнение все возможные цели. А если цель недоступна, очень тяжело принимать открывающийся сквозь неё мир. Старость есть предельное испытание всех конечных целей, не только секулярных.

Сразу заметим [а то часто стало встречаться такое грубое непонимание]: конечная цель — не конечная по времени, не та, какую ты осуществляешь в самом конце. Конечная — эта та, которая ради самой себя, а не ради чего-то ещё. Она предельная, конечная в иерархии целей, вершина этой иерархии.

Так вот, именно старость, а не какое-то другое состояние, есть средоточие всех возможных препятствий для осуществления всех возможных конечных целей.Collapse )

Эсхатологический диагноз

Любопытная штука неожиданно получилась как бы сама собой.

Я, как уже сообщал, готовлю эргодический текст “Библиотека Сарданапала”, а для этого составляю его отдельные элементы. Там есть элемент “таблица возглашения”, в котором Бильгамес провозглашает то или иное Ме и посвящает ему себя, свою семью и свой город. Возглашение каждого Ме построено по одной и той же схеме. Приведу два примера — Ме удовольствия и Ме небытия.

Collapse )

И вот настал черёд аналогичного элемента для отречения от всех Ме. Сделав несколько изменений в той же формуле, я вдруг увидел нечто, почти дословное напоминающее частые современные декларации. Они встречаются всюду — от косноязычных заявлений подростков до полного либо частичного запрета идеологий в конституциях и прочих законах [как правило, столь же косноязычного]. Посудите сами.
Collapse )
Это же и есть тот самый ариманизм, который по моему глубокому убеждению является причиной всех сегодняшних бед [включая всякого рода пандемии], а также много худших, каковые нас ещё ожидают.

Актуальность и вечность

Кстати. Коль уж все по домам, напомню, что есть такой сайт — izm.io. Там между прочим можно найти, что думают разные мировоззрения насчёт болезней, катастроф, коллективной судьбы и конца света. Вдруг вы думаете о том же, но не знаете, что и думать. Вот узнаете.

Страшные плоды просвещения ["фантазия"]

Недавно основная масса людей узнала, что, оказывается, наше тело постоянно полно всяческих болезнетворных штук, которые только и ждут, чтобы как-нибудь испортить наше здоровье, и могут выйти из тени в любой момент. Кроме того, массы узнали, что даже лёгкая простуда может давать осложнения, от которых можно умереть. Шанс невелик, да, но он есть. "Всё это время мы ходили по краю бездны". “И открылись глаза у них, и узнали они, что наги”. Это уже породило известные катастрофические последствия.

Страшно подумать, что массы узнают дальше. Например, что от самоубийств тоже погибает очень много людей. Каждый может покончить с собой в любой момент. Надо срочно спасать людей. Но даже если считаться с тем, что люди сами не хотят, чтобы их спасали — надо спасать других людей от самоубийц.


Во-первых, самоубийства могут стать эпидемией. Каждый самоубийца подаёт дурной пример и разлагает общественную мораль.

Collapse )

Феноменология [трагедии] времени

Время есть полагание небытия. Время есть полагание отсутствия. Переживание времени есть буквально переживание небытия других, их ухода из моей жизни или их неприхода в неё. И время есть переживание собственного небытия, ухода из жизни других и из собственной рефлексии, то есть переживание смерти.


Jelena Janic, Time travel, б.г.

Collapse )

Убьём всех героев

Любопытно, есть ли какие-либо художественные персонажи из разряда первостепенных, созданные до 18 века, о которых мы не знаем, что они умерли или как-либо ещё закончили свою земную жизнь [не считая, разумеется, тех, чья история построена как раз на даре или проклятии бессмертия – вроде Утнапишти, Агасфера, даосских сянь и проч.]. С трагическими героями понятно, но и жизнь вполне умеренных персонажей вроде Одиссея имела конец. Даже боги умирали и обзаводились могилами. Зачастую на одного персонажа приходилось множество версий его смерти, однако же сам факт таковой был налицо.


Нильс Форсберг, Смерть героя, 1888

Но вот в какой-то момент протагонисты умирать перестали. Их смерть вдруг попала в слепую зону, о ней ничего неизвестно. Итог их жизни не подведён. Мы видим героя в детстве, в юности и даже в зрелые годы, но никогда не видим его смерти. Умирают только второстепенные. А в последнее время только третьестепенные, и то не всегда.

Когда это случилось? Очевидно, был некий переходный период, когда было и то, и другое.Collapse )

Тепловая смерть вселенной


чёрный квадрат, 1915

Пока будут открываться всё новые блага, которым человек может посвящать свою жизнь, история будет продолжаться. Как только перестанут, она остановится. Человечество с депрессией ляжет на диван и порастёт мхом.
Collapse )

“Никто никому ничего не должен”

Я так понимаю, эта фраза изначально описывала мир мёртвых. "Он ушёл туда, где никто никому ничего не должен". Смерть списывает все долги, с мёртвого какой спрос и проч. В Аиде, Шеоле и тому подобных теневых заведениях умершие ведут призрачное существование, ничем не владеют, безучастны друг ко другу и не имеют никаких обязательств. Среди древних на этот счёт отличались, кажется, кельты, которые даже давали друг другу в долг с расчётом на возврат по ту сторону. Но для значительной части культур покойник уже свободен от долгов, если только он не превратился в какую-нибудь нежить. А чтоб такого не произошло в случаях особенно большой земной задолженности, даже можно было провести специальный обряд искупления.

Так что фразочка явно про преисподнюю. Но кто-то посчитал нужным распространить её и на мир живых. Любопытно, зачем ему это понадобилось.

Большой сдвиг, или Божественная комедия - 2

Свежеобустроенная утопическая Вселенная. Любое желание может быть удовлетворено. Бесконечное разнообразие разумных существ и возможных условий их существования. Доступны сколь угодно сильные ощущения. Совершенствование интеллекта. Поскольку настоящих трудностей нет, сообщество разумных существо погружено в игровую реальность.

Используется всё это ради тех же желаний, которые не могли быть утолены ранее. Теперь-то их можно исполнить в любой форме. Но, самой собой, полного счастья это не приносит. Вроде бы ничего трагичного: как и в прошлом, каждый ищет его по-своему, благо возможности бесконечны.

Но в том и загвоздка. Раньше отсутствие счастья можно было оправдать внешними препятствиями, которые ещё надо преодолеть. Теперь таких оправданий нет. И быстро понимаешь, что эти препятствия какие-то другие. И что делать с этим, совершенно непонятно. Некоторых это повергает в отчаяние и омрачает им всю утопию. Зреет и расползается тоска.


Некоторые одарённые сверхмощным разумом живые существа приходят к выводу, что счастье в принципе невозможно и что единственный путь из юдоли страданий — это полное небытие. Из разочаровавшихся в утопии образуется тайный орден разрушения. Их цель —тотальное уничтожение. Так, чтобы ничего ни в каком виде не осталось и ничто никогда не могло возродиться. Для этого они разрабатывают “машину судного дня” (новое издание) — устройство, которое может изменить “тонкую настройку Вселенной” таким образом, что жизнь будет более невозможна никогда и ни в какой форме. Некоторые из заговорщиков модифицируют себя для защиты проекта, превращаясь в настоящих монстров, замаскированных прежней внешностью.

Где-то на уже довольно продвинутой стадии заговор раскрыт. У остального человечества (назовём его так) появляется настоящая трудность. Как спасти утопическую Вселенную от ордена разрушителей. Заговор пустил метастазы повсюду. Невозможно предугадать, кто вдруг окажется его сторонником. Самые, казалось бы, светлые и продвинутые утопийцы, которые были примером для других, вдруг оборачиваются фанатичными сторонниками небытия и чудовищами-оборотнями, настоящими машинами истребления.

В какой-то момент становится понятно, что их не победить. Их слишком много, они всюду, они прекрасно организованы, подготовлены и оснащены. Не изнеженным и расслабленным утопийцам с ними бороться. Тем более что те сами не уверены, что правы. Некоторые увидели единственный путь к счастью в самоотуплении и добровольно снизили собственный интеллект. Спасти прекрасную Вселенную может только чудо.

Collapse )